«Какие обычаи и традиции считаются обязательными в Шагаа? И правда ли, что нельзя спать в ночь на Шагаа?
Артем МАЛЫШЕВ, г. Кызыл»
Как пишет ученый-этнограф, шамановед Монгуш Кенин-Лопсан, в ночь «будуу» дети до 13 лет могли заснуть, а взрослые не спали и слушали сказки и сказания, играли в различные игры. Рано утром, между 3-мя и 5-ю часами утра наступает Новый год. По-тувински этот момент называется «Шагаа бажы чаларады» – «голова Шагаа пожаловала или показалась». Первый день Шагаа – это исключительный самый большой день в году. Так, по Шагаа определяли возраст, говорили: «Я встретил столько-то шагаа». Новорожденный считался годовалым, а рожденный накануне Шагаа – двухлетним. В это время, когда восходит солнце, все одевали нарядные национальные одежды, выходили и, неся подносы – «деспи», деревянные тарелки с вареной бараньей грудинкой и разными яствами, вместе поднимались на возвышенное место, где участвовали в обряде «сан салыр» – возжигание священного огня. На рассвете все взрослые мужчины данного аала во главе с вожаком шли к сану. В руках, тарелках, корытцах они несли вареное мясо, масло, сало, сахар, просо, пшеницу, кашу, лучшие кусочки только что приготовленной пищи. В чайнике, кувшине или в маленьком деревянном ведерке несли сваренный с молоком и артышем еще горячий чай. Обряд «сан салыр» является важной и особой частью празднования Нового года. Каждый старается попасть на этот обряд потому, что считается – кто примет участие в проведении данного обряда, то тому в новом году будут благоволить добрые духи и божества, его ожидают успех и удача.
На специально сооруженном алтаре или костре возжигали артыш и бросали в огонь «дээжи», т.е. самую почетную и лакомую часть принесенной еды, основными компонентами которого являются топленое масло (саржаг), молоко, мука из поджаренного пшена (далган), поджаренное просо (тараа), сушеные пенки (ореме), сыр (быштак), сухой творог (ааржы), пресные лепешки (поова, боорзак) и т.д.
Обряд «сан салыр» осуществлял обычно шаман или лама, а при их отсутствии данное действие производил старейшина рода, семейства или самый старший и уважаемый житель данной местности. Когда разгорался большой костер, люди во главе с вожаком выстраивались в затылок друг другу в одну линию перед жертвенником. Вожак плескал в огонь чай, разбрызгивал его на все четыре стороны вокруг сана – сначала на восток, в сторону восходящего солнца, потом по его движению.
После окончания обряда «сан салыр» начинался следующий обряд «чолукшуур» или, по Монгушу Кенин-Лопсану, «амырлажыр» – жест новогоднего приветствия со словами «Амыр-ла!» и встречным ответом «Амыргын-на, амыр-амыр!», которым обменивались все, кто первый раз встречался не только во время празднования Шагаа, но и позднее, даже много месяцев спустя, в наступившем году. Смысл этого приветствия сводился к следующему: младший– старшему (или женщина – мужчине, если они ровесники) протягивает руки ладонями вверх, старший кладет сверху свои руки ладонями вниз, младший поддерживает старшего под локти. В этом жесте выражается уважение и обещание в случае необходимости помощи и поддержки, иногда он – между родственниками и товарищами – сопровождается легким прикосновением щек. Этот обряд иногда дополняется тем, что младший может на вытянутых руках преподнести хадак и возложить его на кисти протянутых рук старшего, тот возвращает его, перекладывая на кисть правой руки младшего, и лишь после этого ритуала оба совершают «чолукшуур». Раньше женщины вместо хадака получали платок, и при совершении обряда «чолукшуур» в отличие от мужчин они не снимали головные уборы, а обшлага их рукавов были спущены. Во время обряда «чолукшуур» тувинцы обменивались не только хадаками или платками. Как отмечает Монгуш Кенин-Лопсан, раньше в первый день нового года во время одаривания хадак заменяли каким-либо другим подарком, например, пушниной белого цвета.
Завершив обряд «сан салыр», все возвращались домой, и праздник переходил в стадию дарения подарков взаимных поздравлений, приема гостей и хождения в гости. Во время приветствий начинался пир, во время которого все произносили по очереди «йорээл ».
Как отмечает Монгуш Кенин-Лопсан, тувинцы с давних времен считали водку или всякое спиртное напитком чертей – «аза суксуну».

21.02.2012 N18